the political prisoner. charles coleman finlay

политический заключенный
чарльз коулмен финли

Фанатики-колонизаторы. Религиозные рудокопы, решившие улететь с подгнившей Земли на первую попавшуюся захудалую планетку и терраформировать неуступчивую материю самым сложным и трудоемким способом – руками да молитвами. При этом никуда не делись войны, революции, бессмысленное кровопролитие и концлагеря. Вместе с истовой верой ребята притащили на камешек еще и свои изощренные способы наказывать, унижать, расстреливать у стенки и проповедовать «правильную веру». А добровольная изоляция вкупе с адским трудом создают атмосферу отупляющей безысходности – ты никогда отсюда не выберешься. И сдохнешь, перетаскивая камни.

Адарейцы – соседствующие пришельцы – обозначены без особой глубины, но при этом достаточно ярко, чтобы быть единственным источником света в этой яме треклятого уныния. От полного безразличия к их судьбе постепенно переходишь к сочувствую и сопереживанию, хотя входных данных крайне мало. Причем по канону стоило бы проникнуться ими в строго определенный момент через призму восприятия главгероя, но у меня отклик они нашли гораздо раньше.

Главгерой, про которого так ничего и не понятно. Да, у него непростая судьба и множество лишений на пути, но все его слова и поступки говорят только о том, что он до мозга костей принадлежит к воспитавшему его обществу. Он не задает вопросов, не смотрит на звезды, не поднимает восстания, а просто плывет по течению, не скрываясь мотивируя свою приверженность одному берегу тем, что это «правильнее». Протагонист из Макса на удивление тусклый, хотя с ним и происходят некоторые метаморфозы по дороге к финалу. У меня по прочтении осталось чувство, что Финли поставил в центр событий рассказчика, способного без экивоков показать что стоит за тем или иным шагом, хотя сам он вовсе не является главной фигурой в этом раскладе.

Ну и В., которому суждено задавать сакраментальные вопросы и следовать чужим советам с необыкновенным рвением. Вспомнить его наивные попытки подменить реальность в дороге, и его стремительную трансформацию по прибытии – вот тут бегут мурашки по телу, а вовсе не от описаний бессмысленного труда по разбиванию садика в пустыне.

– Послушайте, я вот чего не понимаю. Почему мы друг друга убиваем, сажаем в тюрьму? Нам же еще нужно освоить планету. Черт побери, да ведь вся галактика перед нами!..

The Year’s Best Science Fiction 26 (13/30)

по теме:
Continue reading

g-men. kristine kathryn rusch

агенты
кристин кэтрин раш

С превеликим изумлением обнаружила, что принадлежность к сборнику сай-фая в случае Раш не предполагает непосредственного отнесения рассказа к заявленному жанру. Зарисовка ККР тянет максимум на слабенький детектив, в котором есть убийство и мотив, но владея нужной информацией провести линию от одного к другому достаточно просто. Уже после прочтения углядела в классификаторе фантлаба, что «Агенты» – это альтернативная история.. и тут меня пробрал натуральный смешок х) Как-то настолько побоку эти мертвые американские президенты, их враги и соратники, что я даже не поняла, что мне показывают что-то за пределами общепринятой версии «истории» (которая сама по себе – всего лишь story, одна из многих интерпретаций). Мне пришлось лезть в википедию и читать унылые статьи о политических подвигах Кеннеди, что забило систему фильтрации информации на раз-два. Мое пренебрежение историческими фактами – это дело темперамента, а сам по себе рассказ проштампован и довольно безыскусен. Не будь в нем громких имен и «скандальных» намеков, то и смотреть не на что.

The Year’s Best Science Fiction 26 (12/30)

по теме:
Continue reading

poorly drawn lines. reza farazmand

Что можно сказать о книжке с картинками? Где-то в тему, где-то мимо. Черный юмор, от которого хочется плакать и смеяться одновременно. Асоциальные неудачники, которых хочется крепко обнять. Мелкие зачинщики окунания в депрессию, которых хочется хорошенько отшлепать. Ключевое – “хочется”, небезразлично, вызывает отклик. Небольшие текстовые вставки, к концу обретающие гениальность или падающие оземь под весом избитости темы. Умиление пополам с легкой тоской. Я просила чего-нибудь для души, чтобы книга приглушала восприятие и позволяла переживать моменты тихого триумфа каждый раз, когда очередная зарисовка попадает в точку. И PDL пришлась очень кстати, на пару часов переместив в смутно знакомую вторичную реальность. Резюме: коты рулят.
pdl_dogperson

star wars: lords of the sith. paul s. kemp

lordsofthesithЭта книга заходила удивительно долго и неровно. Обещанная крутота в виде подрыва имперского разрушителя присутствует, но еши-матреши, повстанцы (строго говоря, движение за освобождение Райлота от имперской опеки) опять оказались в дураках, а Император пляшет польку и самый умный. И ежику понятно, что старикану еще надо дождаться фермера с Татуина и никто не погибнет в дерзком налете твиллеков, но подоплеку развернувшегося действа можно было бы и облагородить, а то как-то даже обидно за ребят. Все бесполезно и все есть манипуляции. Аргх.

Начало – класс. Немножко политики и стремительно развивающаяся операция по уничтожению имперцев. Момент погони Вейдера за подрывниками особенно восхитителен (на свой страшный манер). Зато середину я проспала. Честно, сил не было слушать как Вейдер и Ко выполняют один jumping puzzle за другим, прыгая по лианам и убегая от разъяренных мобов. Особого ума и изворотливости тут не требуется, знай себе беги да вовремя махай мечом. В общем-то, вся книга представляет собой беспощадный экшн с редкими проблесками дельных диалогов и попеременного Вейдерова унижения Палпатином/страдашек по прошлому. И если местами беготня и стрельба заставляли прилипать ушами к наушникам, остальное вводило в состояние сна на раз-два. Бедный Дарт у Императора как рабишка безвольный, аж жалко стало в какой-то момент – наверное, потому что я пока не встретила убедительного разъяснения, что за странные отношения у них и где это написано, что надо терять мозги по вступлении в статус ученика. Я сейчас перехожу тонкую грань уважения/пренебрежения законами франшизы, но мне такие отношения кажутся нездоровыми :0 Беги, Вейдер, беги; Вейдер, которым управляют! #форрест

a night in the lonesome october. roger zelazny

Roger_Zelazny__A_Night_in_the_Lonesome_OctoberСамая восхитительная книга из всех, что мне встречались за долгое время. Полузабытый, но нежно любимый Амбер помелькал на периферии и сгинул на первых же страницах, «Ночь» из другой оперы – утонченной, компактно сотканной из круговорота интриг и деталей. Отправиться в это путешествие в оригинале однозначно было единственно правильным решением, потому как язык «Ночи» – это еще одна причина любить и чествовать эту книгу без меры. Невесомый и при этом насыщенный, изящный вопреки упрощению (а ведь рассказчик ой как влияет на манеру повествования). Если бы я могла обойтись одним словом и обозначить все, что я думаю о «Ночи в одиноком октябре», то этим словом стало бы «совершенство».

Желязны обладает способностью неторопливо знакомить со своим миром, не подталкивая вперед и не обещая золотых гор. Просто спустя пару десятков страниц разрозненные кусочки его искусной мозаики начинают складываться в картину, рассказывающую о старой как мир борьбе под названием Игра, о притягиваемых к центру этого действа персонажах и их компаньонах. Весь путь сдобрен мягкой иронией и оправданной кровавостью. Это мрачная сказка, в которой море темных поворотов и скрытых до поры жертвенных алтарей. Отдельную оду хочется посвятить многочисленным отсылкам к известным книжным и не очень персонажам (Джек, Граф, Добрый Доктор и тд), избежавшим клейма развесистой клюквы и гармонично влившимся в историю Желязны. Меня бомбардировало вспышками удовольствия от узнавания персонажей и погружения в знакомые суб-вселенные, и должна сказать – без предварительного путешествия в миры Говарда Филлипсовича и шага делать в пространство Желязны не стоило бы, трип странной парочки точно прошел бы мимо.

С первых же страниц, где Снафф и кладбищенский пес имеют прелюбопытнейший разговор, до самого Jack and Jill went down the hill мое сердце безраздельно билось в такт истории, сплетенной Желязны. Прекрасно.